Аральское море возвращается: Казахстан возвращает воду, рыбу и жизнь на северный берег
Пока южная часть Арала превращается в безжизненную пустыню, северный берег, принадлежащий Казахстану, переживает не просто улучшение, а настоящую экологическую и экономическую реинкарнацию. Данные министерства водных ресурсов и ирригации говорят сами за себя: за последние двадцать лет уровень воды в Малом Арале, как официально именуют северную часть, вырос на 42 процента от самой критической отметки, зафиксированной в конце девяностых. Соленость упала на три четверти, а в воду вернулась рыба, причем не просто как биологический вид, а как основа полноценной промышленной индустрии. Сегодня на северном побережье работают десять рыбообрабатывающих заводов, четыре из которых имеют сертификаты, позволяющие экспортировать продукцию в Европейский Союз. Ежегодно из Кызылординской области за границу уходит от четырех до пяти тысяч тонн рыбы, и покупают её не только соседи в России или Китае, но и придирчивые европейцы.
Эти цифры стали возможны не благодаря чуду, а бетону и политической воле. Переломный момент наступил в 2005 году, когда Астана за свой счет построила плотину Кокараль. Гидротехническое сооружение перекрыло пролив, отделив северный бассейн от южного, который уходит на территорию Узбекистана. До этого вся вода Сырдарьи, единственной реки, питающей казахстанскую часть, бесполезно стекала в опустевший южный бассейн и уходила в пески. Плотина заставила воду оставаться на севере. Мировой банк, который финансировал проект, подтверждает: объем воды в северной части с тех пор почти удвоился, а уровень поднялся на четыре метра выше, чем в самые черные годы запустения.
Власти не собираются останавливаться на достигнутом. Министр водных ресурсов Нуржан Нуржигитов заявил, что целевые показатели восстановления были достигнуты быстрее прогнозов, и теперь инженеры прорабатывают следующий этап. Речь идет о наращивании высоты плотины Кокараль еще на два метра. Это позволит поднять воду еще выше и затопить обширные территории осушенного дна, которые сейчас являются источником соляных бурь. Дополнительно проектируются гидротехнические сооружения для стабилизации уровня в озерах дельты Сырдарьи. Финансовую и техническую поддержку этим исследованиям снова оказывает Всемирный банк, рассматривающий казахстанский проект как один из самых успешных примеров борьбы с рукотворной экологической катастрофой.
Вода изменила не только соленые цифры в отчетах, но и социальный ландшафт региона. В нижнем течении Сырдарьи и в самом Арале вновь зарегистрировано два десятка видов рыб, которые исчезли в восьмидесятых и девяностых годах прошлого века. Поселки, стоящие на бывшем берегу, который тогда отступал на километры каждый год, сейчас снова стоят у воды. Люди возвращаются к рыболовному промыслу, который кормил их предков столетиями. Для региона, где безработица и экологическая миграция были нормой, возвращение рыбы означает не просто цифры ВВП, а физическое выживание.
Однако эта впечатляющая картина имеет жесткую географическую границу. За дамбой, на узбекской стороне, катастрофа продолжается. Южный Арал, оставшийся без подпитки и без плотины, практически перестал существовать. Восточная часть бассейна окончательно высохла еще в 2014 году, превратившись в солончак под названием пустыня Аралкум. Западная часть держится на грани исчезновения. С обнажившегося дна ветер ежегодно поднимает в воздух миллионы тонн токсичной пыли, смешанной с остатками пестицидов, которые десятилетиями смывались с хлопковых полей. Ташкент и Астана вынуждены совместно заниматься закреплением песков и высадкой лесов на высохшем дне, но это борьба с последствиями, а не с причиной. Пока юг не имеет своей плотины, говорить о восстановлении всего моря нельзя.
Главная угроза для будущего даже северного Арала лежит не в политике, а высоко в горах. Сырдарья и Амударья питаются ледниками Тянь-Шаня и Памира. Глобальное потепление заставляет эти ледники таять с катастрофической скоростью. В краткосрочной перспективе это дает рекам больше воды, но когда ледники исчезнут, сток может упасть до уровня, который не позволит поддерживать даже нынешний объем Малого Арала. Последние несколько лет выдались маловодными для Сырдарьи, и это сразу же отразилось на притоке в море. Пока Казахстан успешно борется с последствиями советских просчетов, изменение климата ставит перед республикой новый, еще более сложный вызов.
